История наша преисполнена странностей. Несколько десятилетий после Петра в России зрело постоянное недовольство «немецким засильем». Так было при Анне Иоанновне, при Петре Федоровиче. Но вот, после Петра II на престол восходит чистокровная немка, не имеющая ни капли крови Романовых – и оказывается, что она, как никто другой, подходит России. При Екатерине Великой в России родилась такая фраза: «Петр россам дал тела, Екатерина – души».

Великий русский философ Георгий Федотов считал екатерининский век кульминацией истории Российской империи. Никогда не было такого единства правящих классов и низов в деле расширения пределов империи. Именно при Екатерине в России появились «чудо-богатыри», отважные и умелые воины. Именно при ней Россия осознала себя мировой державой, решая даже американские проблемы, не то что европейские. Ибо никто так не понимал душу России, как эта немка, родившаяся в захудалом Анхальт-Цербстском княжестве, где и дворец князя больше напоминал убогую, хотя и двухэтажную, лачугу.

Просвещенный абсолютизм

Приехав в Россию по вызову Елизаветы совсем еще девочкой, София Фредерика Августа, ставшая после крещения в православие Екатериной Алексеевной, жаждала власти, не слишком этого скрывая. За шесть лет до переворота она писала в письме британскому послу, что перед ней всего два пути – или занять трон, или умереть.

По натуре София Фредерика была несомненным трудоголиком. Самостоятельно освоила русский язык, философию, историю, географию, экономические науки. Написанное ею составляет десятки томов, до сей поры полностью не изданных. Она состояла в переписке с лучшими умами Европы. Не было такой сферы, где бы крещенная Екатерина Алексеевна не приложила бы свой ум и царственную руку.

Если вы думаете, что приватизация в России началась при Чубайсе, то глубоко заблуждаетесь. Первой казенную мануфактуру в частные руки передала Екатерина II, прямо написав в указе, что государственная монополия ведет промышленность к загниванию.

При ней в России появилась первая общественная, неправительственная организация – Вольное экономическое общество. Родился прообраз будущей законодательной власти с гласными, свободными дебатами – Уложенные комиссии. Именно Екатерина начала покупать ценнейшие коллекции живописи и скульптуры, положив начало великому музею мира – Эрмитажу. Она открывала первые женские учебные заведения – Смольный и Екатерининский институты. При Екатерине Петербург получил свой блистательный облик. В этом городе творили великие архитекторы. Она стремилась к власти с превеликой пользой для страны, чужой ей по рождению, но такой близкой по духу.

Екатерина умела быть безжалостной. Жестоко подавляла пугачевский бунт, отправляла в казематы тех, кто казался ей опасным для страны – Николая Новикова и Александра Радищева. Но прежде всего Екатерина II была тончайшим психологом, досконально понимавшим все свойства человеческой натуры. Она верила в идеалы и не очень верила в людей. Знала, что люди нуждаются в управлении, что без управления наступает анархия и хаос. Она верила в закон, но при этом отдавала себе отчет в том, что люди всех рангов в России склонны нарушать закон. Из-за глупости или корысти – не все ли равно? Поэтому слово государя – вот высший закон, который, по мнению Екатерины, должен применяться в России.

Она прекрасно сознавала неприемлемость для человека крепостного состояния. Но также понимала: дворянство не простит ей освобождения крестьян, а крестьяне, освободи она их без земли, не простят ей такой свободы тоже. Зато она лично инициировала суд над истеричной злодейкой и мучительницей дворовых девок Салтыковой, чтобы показать - императрица не позволит дворянам жестокостей по отношению к крепостным. Ее время получило называние «просвещенного абсолютизма». И это самое точное определение.

Отношение к жизни

Екатерина любила жизнь, не отказывая себе в удовольствиях, хотя умела и ограничивать себя. Молва приписывала ей сотни любовников, ходили слухи чуть ли не об оргиях, которые она устраивала. Но справедливости ради надо отметить, что никаких достоверных свидетельств об этом не сохранилось. А верные слуги, вопреки обычаю, до самой смерти крепко держали язык за зубами. Такая преданность больше говорит не столько о слугах, сколько о самой Екатерине. Возможно, единственным человеком, которого она любила всю жизнь, был одноглазый гигант Григорий Потемкин. Ему она прощала все без исключения, ценя преданность и государственный размах, отвагу и бесшабашность. Размахом и удалью только он был под стать великой императрице. У Екатерины и в самом деле были любовники – и до «Гришашунечки», и после него. Но лишь Потемкин, перестав быть фаворитом Екатерины, не перестал быть фактически вторым человеком в Российской империи.

Она всегда вставала в шесть утра, на завтрак ей подавали кофе со сливками и печенье. До девяти часов она писала, после чего принимала секретарей и докладчиков, государственных мужей и генералов. Обедала, как правило, в час или в два часа дня. За обедом ее фаворит должен был сидеть по правую руку от нее. Для нее самой обед был крайне прост. Больше всего она любила отварную говядину с солеными огурцами. Заливала она все это смородиновым сиропом. Почти не пила вина, но зато любила нюхать табак.

Любопытна при этом ее деликатность. Для поцелуя она всегда подавала правую руку, а табак всегда держала в левой, стремясь, чтобы ее визави не почувствовал неприятного табачного запаха. На приемах запрещала вставать перед собой, даже когда подходила к сидящему собеседнику. Она часто улыбалась, веселилась, считая, что надо заставлять себя быть веселой, что именно это помогает переносить жизненные невзгоды. Не считала себя красивой, зато обладала большим, чем красота, богатством – умением нравиться.

Но после смерти Потемкина сломалась, стала стремительно стареть, жизнь представлялась ей в черном свете. Пыталась взять себя в руки, но время брало свое. Умерла Екатерина Алексеевна в ноябре 1796 года шестидесяти семи лет от роду.

Планов громадье

Время Екатерины – эпоха самых высоких в истории России темпов прироста населения. С 1762 года по 1796 год население страны возросло почти в два раза – на 10 миллионов человек за счет естественного прироста, и на 7 миллионов – за счет присоединенных территорий, составив к концу правления 36 миллионов человек.

Россия стала крупнейшим по демографическому показателю государством Европы. Завершая первое двадцатилетие своего правления, Екатерина среди итогов своих трудов отмечала: «Выстроенных городов – 144, одержанных побед – 78, указов об облегчении участи народа – 123». А ведь ей предстояло править еще пятнадцать с лишним лет. Екатерина понимала ценность населения в крупной, большой стране. Приказала открывать дома для брошенных младенцев, лично сделала прививку от оспы себе и своему сыну, подавая пример всем. Ей нужны были люди – солдаты, землепашцы, строители – дабы осваивать расширяющиеся пространства империи. Как писал Василий Ключевский: «Петр удивил победами. Екатерина приучила к ним».

Она не упускала случая расширить границы империи. Даже Потемкин порой умолял Екатерину повременить в борьбе с Оттоманской Портой, отложить захват Крыма «на потом», когда будет больше сил. Но Екатерина упорствовала, стояла на своем – и победила. В состав империи входят не только Крым и степная Украина, но и Восточная Грузия – Кахетия и Картли.

Но она мечтала о большем. Своего второго внука назвала Константином, приказав выбить медаль с его изображением на фоне Босфора. Екатерина явно лелеяла надежду занять Константинополь, создав Великую греческую империю. Старшему внуку Александру предназначалась власть в Петербурге. Младшему, Константину, - власть в Константинополе.

Незадолго до смерти Екатерины ее последний фаворит Платон Зубов составил проект новой империи. Это было государство с шестью столицами: Петербургом, Москвой, Астраханью, Веной, Константинополем и Берлином. Но с единой верховной властью.

Была ли это фантазия Зубова, или он выполнял поручение Екатерины, мы никогда не узнаем. Планы остались планами. А Российская империя – империей. Во главе с Екатериной. Действительно – Великой.